О журнале   Авторы   ЖЖ-сообщество   Контакты
Заказать книгу INTERREGNUM. 100 вопросов и ответов о регионализме. Проблема-2017 Манифест Конгресса Федералистов
Постполитика Протокультура Знаки времени Философский камень Псхинавтика Миру-миф!
Виртуальная революция Многополярная RU Глобальный Север Альтернативная история



Многополярная RU

Россия как Европа (взгляд из Молдавии)
09.04.2009 01:10
Сергей Эрлих
Россия как Европа (взгляд из Молдавии)

Версия для печати
Код для вставки в блог
закрыть [х]


Код для вставки в блог


Будущее как отчуждение и как причащение

Есть два способа заглянуть в будущее: историческая аналогия и футуристический миф (утопия). На первый взгляд, эти противоположности предстают как научная объективность и крайний волюнтариза. Но при более внимательном рассмотрении убеждаешься в их неразрывном единстве. Находя в современности аналогии с прошлым, мы, не всегда осознанно, программируем грядущие события. В свою очередь, утопии неизбежно черпают вдохновение в примерах истории.

Разница между подходами порождается точкой зрения автора: считает ли он будущее не зависящим от личных усилий или рассматривает его как собственный проект.

Исключительный выбор между отчужденностью (объективностью) и причастностью (субъективностью) напоминает взгляд на мир Божий либо только левым, либо только правым глазом. В любом случае вид будет одномерно плоским. Ведь стереоскопия возникает из разницы точек зрения.

Попробуем взглянуть на будущее русской культуры двумя глазами, так сказать, взглядом субъективной объективности.

Древнеримские аналогии

Московское царство, Российская империя, Советский Союз были империями, т.е. государственными образованиями, где местные особенности нивелировались по образцу имперского центра. Порожденный этими империями тип культуры также отличается высоким уровнем стандартизации. Еще Ломоносов с гордостью заявлял, что крестьяне различных германских княжеств плохо понимают друг друга, тогда как на бескрайних просторах России звучит общепонятная речь. И в наши дни многие европейцы культивируют локальные особенности лексики и произношения. В современной России - все наоборот - интеллигенты старательно искореняют у себя черты местного говора.

После 1991 пространство русской культуры распалось на 15 признанных мировым сообществом и несколько самопровозглашенных политических частей. Какие культурные тенденции могут развиться в радикально изменившемся политическом контексте?

Давайте рассмотрим аналогии с великой империей Древнего Рима. В период своего максимального расширения (т. е. начала упадка) Рим также представлял собой общество с высокой степенью стандартизации культуры. Энгельс совершенно справедливо писал о «нивелирующем катке» латинства, прокатившемся по всему Средиземноморью.

Помните, что происходило дальше?

Сперва империя распалась на западную и восточную части. Вскоре после этого западная половина державы августов рухнула под ударами варваров.

Восточная римская империя сумела законсервироваться на тысячу лет. С виду могучая и грозная, она самодовольно созерцала копошение европейских дикарей. Поэтому ромеи (которых мы именуем византийцами) и не заметили, как мировая история оставила пределы их империи. Лишь под сабельными ударами турок-сельджуков они обратили свой предсмертный взор к еще недавно презираемой Западной Европе. К Европе Возрождения, уже готовой ступить на путь великих географических открытий и всемирной экспансии.

Как это ни парадоксально звучит, триумф Запада был подготовлен «вандализмом» германцев и других участников великого переселения народов. После падения Рима возникли варварские королевства, где активизировались местные и пришлые традиции. При этом далеко не во всех экс-имперских провинциях латинство было искоренено. В европейской части Западной римской империи произошел плодотворный синтез латинских (имперских) и кельто-германских (варварских) элементов.

Его непосредственным результатом стали «вульгарная латынь» (праоснова современных романских языков), «церковная латынь», и развившаяся из нее «латынь ученая», бывшая до конца XVIII века языком европейской науки. Культура, созданная на всех разновидностях средневековой латыни, обеспечила преемственность с традицией античных авторов и римского права. Конкуренция локальных вариантов наследия Римской империи стала одним из условий динамизма западных европейцев. Немаловажным итогом пятнадцативекового соревнования духовных потомков древних римлян стало образование Евросоюза - новой Римской империи. Империи, построенной не по архаичной модели «пирамиды», а по современной технологии международной «сети».

В процессах, происходящих на постсоветском пространстве, мы без труда замечаем аналогии с ранним европейским средневековьем.

В первую очередь в глаза бросаются удивительные параллели между Византией и РФ. Тот же самогипноз символами былого величия. То же самодовольство и презрение по отношению к «вульгарным» представителям новых «варварских королевств». К моему величайшему сожалению, сегодняшняя Россия обуяна гордыней агрессивного изоляционизма. Утрачивая свой надплеменной пафос, русские люди загоняют себя в архаику никогда им не присущего национализма. Этот настрой, в котором трогательно совпали чаяния элит и масс, представляет протухшие квазиимперские консервы, способные лишь к дальнейшему разложению.

В бывших «республиках свободных», на первый взгляд, также реализуются архаичные национальные проекты. Здесь, аналогично варварским королевствам, активизируются местные традиции. Но в действительности ситуация намного сложнее. Национализм титульных «советских наций» не способен во всех случаях вытеснить культуру бывшей имперской нации - русскую культуру. С одной стороны мы можем наблюдать постсоветские Африку и Левант (Среднюю Азию и Закавказье), где язык империи не везде пустил глубокие корни. В то же время к западу от византийской РФ русская культура вступила на путь оригинальных трансформаций. Десятки миллионов людей, говорящих, думающих, пишущих по-русски, перестают сверяться с Москвой по насущным вопросам быта и духа. Подобно средневековому латинско-варварскому синтезу, происходит активное взаимодействие бывшей имперской и местных традиций. К чему оно приведет, еще не ясно. Ясно одно: вместо стандартизированной имперской культуры возникает букет русских культур.

В чем, на мой взгляд, заключается качественное отличие русских культур бывших «национальных окраин» от ее положения в бывшей метрополии?

Русские культуры за пределами РФ утратили государственный характер. Разумеется, русским очень тяжело выживать в иноэтничном окружении без привычного патернализма «доброго царя». Резкая утрата прежнего привилегированного самоощущения по своей жестокости напоминает обучение плаванию, когда новичка швыряют «с головой в омут». Трудно сказать, будут ли благотворны такие «уроки истории» во всех случаях. Но там, где русские культуры сумеют выплыть, они, несомненно, станут более жизнестойкими, чем на «исторической родине».

Молдавская реальность

Один из новых вариантов русской культуры складывается на моей родине - в Молдавии. Его описание позволяет уловить особенности формирующегося феномена многих русских культур.

Прежде всего, следует сказать: русская культура Молдавии научилась плавать по волнам истории. В Кишиневе русский язык везде: на улицах и в общественном транспорте, в торговых центрах и развлекательных местах, в деловых офисах и госучреждениях, в школах и ВУЗах, в радиоприемниках и телевизорах. Все коммерчески успешные газеты издаются на русском. В кинотеатрах голливудские фильмы демонстрируются исключительно на русском языке. В концертных залах выступают преимущественно звезды российской эстрады. «Говорящая» деталь: ни разу не слышал, чтобы диспетчеры многочисленных в Кишиневе служб такси переговаривались с водителями по-молдавски.

Преобладание русского языка в престижных сферах деятельности основано исключительно на рыночных механизмах. Позволю еще один красноречивый пример. По опыту собственной рекламной газеты знаю, что рекламодателей никак не ограничивают в выборе языка. Кто платит, тот заказывает музыку. Выбор языка определяется желанием получить максимальный рекламный эффект. Язык, в данном случае, - деньги. Так вот: 99.9 % заказчиков, независимо от своих этнических, политических и прочих пристрастий, дают объявления на русском языке.

Доминирование русского языка не в последнюю очередь объясняется полиэтничным составом населения Молдавии. Молдавия - настоящий этнографический заповедник. Здесь, наряду с молдавскими селами, существуют десятки украинских, болгарских, гагаузских сел. Есть и «экзотика»: села русских старообрядцев, чехов, албанцев; армянская колония Григориополь; столица экс-советских цыган Сороки. В города начинают возвращаться израильские евреи. Я особо выделил уникальную полиэтничность сельского населения (полиэтничный состав современного города - мировая норма), чтобы было понятно, что эти люди «укоренены» в молдавской земле. Они никуда не уедут со своей родины. Не удивительно, что язык недавно почившей в Бозе империи выступает в полиэтничном обществе в качестве «языка межнационального общения».

Молдавское руководство не может игнорировать этот очевидный факт. Даже в «прорумынский» «докоммунистический период» (1992-2001 гг.) в молдавских школах преподавался русский язык. Русские школы работали и работают повсеместно. Нет никаких ограничений для получения высшего образования на русском языке. Коммунисты не смогли (исключительно в силу слабости своей власти) реализовать предвыборное обещание придать русскому языку статус второго «государственного». Им пришлось ограничиться признанием его в качестве языка «межнационального общения». Это означает, что все законодательные акты издаются на молдавском и русском. Госчиновники, от постового полицейского до президента, обязаны общаться с гражданами на двух языках. Мой опыт показывает, что чиновники переходят на русский язык мгновенно. Более того, делают это без какой-либо демонстрации неудовольствия.

Парадокс: чем шире распространяется русский язык в Молдавии, тем сильнее психологический тип русскоговорящих начинает отличаться от господствующего мировоззрения граждан Российской Федерации.

Русский человек по преобладающему типу сознания - «государственник», или, по терминологии французского религиоведа Жоржа Дюмезиля, - «воин». Он привык «вручать себя» царю, обменивая верную службу на высочайшее покровительство. Российские граждане (как интеллигенты, так и обыватели) не просто внимательно отслеживают, но переживают перипетии властных отставок и назначений в центре и на местах. Меня всегда смущала подобная «глобальность» мышления. Ведь отсюда проистекает общественная пассивность, бесплодное упование на государство. Отсюда же - агрессивный культ силы, понимаемой в качестве главного аргумента общения как людей, так и «хозяйствующих субъектов».

Молдаване принципиально отличаются от русских своей ментальностью. Русских путешественников конца XVIII - начала XIX веков изумляло безразличие молдаван к светским правителям. Еще более их поражал высокий авторитет православной церкви в Молдавии. Эта, опять же по терминологии Дюмезиля, «колдовская» психология делает молдаван автономными от государства. Молдаване, в большинстве своем, к политике равнодушны и вряд ли способны, например, перечислить хотя бы ключевых членов Совета министров. Согласитесь, что в такой аполитичности есть несомненный плюс. В нынешней, да и в любой, ситуации людям полезней надеяться не на «доброго царя», а прежде всего на себя.

В результате «имперско-варварского» синтеза возникает принципиально новый извод русской культуры, ориентированной не на грубую силу государственной власти, а на священный авторитет: «В начале было слово». Вместе с «колдовской» компонентой русская культура Молдавии также перенимает присущую молдаванам открытость, как на Восток, так и на Запад Европы.

Психологический тип «русского молдаванина» отличают самостоятельность, подвижность, трудолюбие. Историческая открытость порождает такие нравственные характеристики, как терпимость и доброжелательность. Эти качества полярно отличаются от агрессивного изоляционизма, все больше овладевающего умами масс и элит современной РФ. Все приезжающие в Молдавию русские в один голос восклицают: «Какие у вас доброжелательные люди!» Справедливо и обратное. Русскоязычную молодежь Молдавии, т. е. «рожденных не в СССР», непосредственное знакомство с нравами «исторической родины» просто ввергает в шок.

Следует подчеркнуть, что молдавский вариант русской культуры имеет глубоко народный «фундамент». Он укоренен в общественной психологии. А возведение идеологической «крыши» только начинается. Формирующиеся молдавские элиты несоветского типа сохраняют имперский пафос. Пафос, стремительно утрачиваемый в РФ, где все больше возобладают архаичные племенные черты «крови и почвы». Настаиваю, что для молодого поколения молдавских интеллектуалов Россия - это, прежде всего, империя. Но империя не в оскопленном политическом смысле земного царствия рюриковичей, романовых, генеральных секретарей и «преемников». Наша Россия - «не от мира сего». Это империя духа, «сетевая» империя «всемирно-отзывчивой» культуры. И мы готовы утвердить этот смысл русской культуры в современном мире.

Приведу пример такого рода имперского мышления и действия. Археологический журнал «Stratum+», издаваемый Высшей антропологической школой (Кишинев). Периодичность - 6 номеров в год. Каждый номер годового цикла тематический: палеолит; энеолит, неолит и бронзовый век; античность; поздняя античность; средневековье; нумизматика, эпиграфика, вспомогательные дисциплины. Вышло 24 номера (из них 12 последних в твердом переплете). Объем каждого номера - 40-60 авторских листов (400-600 страниц большого формата) - сопоставим с годовым объемом «центрального» академического издания «Российская археология». В журнале, выходящем на русском языке, публикуются ведущие археологи из нескольких десятков стран СНГ, Западной Европы, Азии и Америки. По объему, временному и территориальному охвату «Stratum+» не имеет аналогов в мировой археологии. Он успешно развивает экспансионистские традиции русской науки, достойно представляя русскую культуру в глобальном научном сообществе. Ведущий британский журнал «Antiquity» посвящает молдавскому изданию восторженные рецензии. А «Российская археология» хранит упорное молчание.

В этом высокомерно-завистливом молчании, как в капле воды, отражается отношение к иным русским культурам со стороны бывшей метрополии. Ревность «старых русских» к тем, у кого все впереди, по-человечески понятна и объяснима. Но она крайне непродуктивна. Старательно вытаптывая непокорный побег, Россия занимается самоубийством. В лице русской культуры Молдавии Россия получает шанс на возрождение, условно говоря, «новгородского типа», безжалостно уничтоженного московитами Ивана Грозного. И будет жаль этот шанс упустить...

Подобные процессы разворачиваются и в других «республиках свободных». Их изучение должно стать одним из приоритетных направлений этнографии русского народа. Многовариантность формирующихся русских культур - это шанс, предоставленный матерью-историей. Доказывая, кто из них более ценен, разноликие наследники Пушкина и Достоевского придают нашей общей материнской культуре динамизм, способный обогатить всех участников соревнования. Очень хочу надеяться, что обретенная в нем энергия позволит русским сойти с многовековой ордынской орбиты и вернуться в лоно европейской цивилизации, обретшей современные очертания империи-«сети».

Молдавская утопия

В качестве «точки запуска» этого «возвращения русских в Европу»  и создания новой, интегральной европейской цивилизации я предлагаю мою родину - Молдавию. Крайний субъективизм такого выбора я попытаюсь уравновесить объективными аргументами в его пользу.

Какие могут быть возражения против этой кандидатуры? Мне известны два.

Первое: Молдавия слишком мала и бедна для того, чтобы стать прообразом единой Европы.

Вернемся к древнеримским аналогиям. Палестина также была маленькой и глухой провинцией великого Рима. Но возникшее там учение о братской любви преобразило империю и стало культурной основой европейской цивилизации.

Второе: Молдавия - сказочная «страна дураков», неспособная на осуществление амбициозных культурных проектов.

Скажу честно, я сам в школьные годы смеялся до слез над анекдотами, в которых наивные молдаване были инвариантны простодушным чукчам. Смеялся до тех пор, пока не попал в советскую армию. Там я увидел таких замечательных сынов России, что в сравнении с ними самый недоразвитый молдаванин представляется Гегелем, Кантом и Шопенгауэром в одном лице. Мой доармейский шовинизм был основан на том, что я сравнивал городских русских, в большинстве своем высококвалифицированных инженеров многочисленных оборонных заводов столицы Молдавии, со вчерашними сельчанами, еще неадаптированными к урбанистической среде. За прошедшие годы в Кишиневе выросло поколение городских молдаван. Поверьте, они ни в чем не уступают кишиневским русскоязычным. А в знании иностранных языков существенно их превосходят.

Теперь аргументы «за».

Напомню, что цивилизация характеризуется тремя признаками: священным текстом, языком священного текста и графикой священного языка. У восточного и западного христианства общий текст. А священный язык (церковнославянский - латынь) и графика (кириллица - латиница) различаются.

Молдавский язык примерно на 60% состоит из латинских слов и на 40% из славянских, в большинстве своем церковнославянского (древнеболгарского) происхождения. Т.е. он сочетает в себе священные языки двух ветвей христианства. В истории молдавской письменности периоды использования кириллической и латинской графики чередовались неоднократно. Следовательно, в молдавском языке и его письменности сочетаются цивилизационные признаки, разделяющие Запад и Восток Европы.

Славяно-латинский словарный фонд и перемены графики свидетельствуют об исторической открытости молдавского народа и на Запад, и на Восток. По своему исходному хозяйственному типу молдаване - пастухи, занимавшиеся отгонным скотоводством. Летом стада передвигались в горы, зимой ближе к морю. Длина маршрутов составляла сотни километров. При этом горные пастухи, в отличие от степных кочевников, всегда возвращались в родные места.

Этот опыт актуализирован молдавскими гастарбайтерами, которые трудятся примерно в равных долях в России и странах Запада. Рейсовый автобус (даже не из Кишинева, а из районного центра Молдавии), скажем, в Венецию, столь же привычное явление, как поезд «Москва - Кишинев». Молдавия уже 15 лет живет экспортом рабочей силы. Это основная статья доходов нашего государства. Уверен, что вместе с деньгами современные молдаване обогащаются жизненным опытом современной Европы от Атлантики до Тихого океана.

Синтез воплощенного в молдавском языке, а также его графике исторического опыта и актуального взаимодействия с культурами двух разделенных половин нашей цивилизации может быть конвертирован в искомую «точку запуска».

Крошечные размеры Молдавии в действительности благоприятствуют великим культурным преобразованиям. Очевидно, что маленькую страну легче реформировать. Ее успехи не вызовут столь резкой ревности у других народов, как успехи какой-либо из великих держав. Ей легче получить поддержку от двух все еще конкурирующих половин Европы.

Смешно ожидать, чтобы русские и западные европейцы стали реализовывать этот утопический проект в пассивной Молдавии. Молдаване должны проникнуться своей дерзкой миссией и приступить к воплощению утопии. Необходимо сочетать амбициозность замыслов с умением мягко преодолевать насмешки, недоверие и даже враждебность более успешных народов. Необходим грамотный пиар маленькой страны. Перед Россией она должна предстать своей русской стороной, перед Западной Европы - страной европейской. В итоге должен возникнуть образ молдаванина как «русского европейца».

На политическом уровне эта идея может быть, в частности, воплощена в виде членства в пока взаимоисключающих ассоциациях: СНГ и Евросоюзе. Это будет первый опыт перехода от конкуренции к полномасшабному сотрудничеству в пока еще разделенной Европе. Успех молдавского проекта позволит распространить его и на запад, и на восток. Вначале на соседей из Румынии, Болгарии, Украины, Белоруссии. После - на всю «полосу отчуждения» между старыми членами Евросоюза и Россией. Ну, а потом - на всю Европу от Лиссабона до Владивостока.

Механистичное американское мировидение в духе хантингтоновского «конфликта цивилизаций», породило провальные кампании в Афганистане и Ираке. Старая Европа должна действовать мудрее задиристых американских парней. Изживание ордынского начала в Москве, Киеве, Кишиневе, Минске, формирование новых европейцев (белорусов, молдаван, украинцев, южных, западных, северных русских и т.д.), - вот несимметричный и потому адекватный ответ на вызов нашего времени.

Сокращенная версия статьи, полностью опубликованной
в футурологическом сборнике
"Русское будущее"


5.0/10 (число голосов: 84)
  • Currently 4.98/10




comments powered by HyperComments


Радио Онегаборг Свободная Карелия Дебрянский клуб Пересвет Национал-Демократический Альянс Балтикум - Национал-демократический клуб Санкт-Петербурга АПН Северо-Запад Delfi Л·Ю·С·Т·Г·А·Л·Ь·М
Ингрия. Инфо - независимый информационный проект Оргия Праведников Каспаров.Ру



Разработка и поддержка сайта - компания Artleks, 2008